16. Пустота

1998-2013 годы

В этой главе я расскажу в двух словах о событиях, которые произошли в период с 1998-го до 2013 года и имеют отношение к нашей истории. Поскольку события были совершенно разноплановые, то глава получилась какой-то рваной и без единой логической цепочки. Простите меня за это.

 

* * * * *

 

Про Женю.

Ему я не звонил. Сначала хотел было его набрать и договориться о том, как я буду возвращать кредит, но Миша убедил меня этого не делать. Он считал, что эти деньги полагаются мне как компенсация за то, что, цитирую: «Он делал тебе мозг». Нужной суммы у меня всё равно не было, поэтому я ждал, пока Женя попросит деньги снова.

 

* * * * *

 

Про Мишу.

Мы с Мишей довольно тесно дружили еще примерно полгода, а потом он перешёл на ночные смены, и мы стали меньше общаться. А когда я нашёл другую работу, о чём расскажу чуть позже, мы практически потеряли связь. Пару лет спустя Миша позвал меня на свой день рождения, где меня почему-то ударил какой-то пьяный мужик, я упал и сломал руку.

 

* * * * *

 

Про Отабека.

Ещё с тех пор как я вернулся в Израиль, я планировал поговорить с Отабеком о Жене. По всей видимости, он был самым близким его другом, и я надеялся услышать от Отабека что-то интересное. Может, он знает, зачем Досычевы играют этот чёртов спектакль? Но несмотря на то что Таня какое-то время работала с Отабеком, и последний частенько появлялся у нас дома, нормально побеседовать с ним не получалось. Он был очень закрытым и странным персонажем. На все мои вопросы он просто улыбался и отводил взгляд.

А весной мы с Таней заподозрили, что Отабек подкатывает к нашей дочке. Как-то раз я пришёл с работы домой и заметил, что комната Инны была заперта. Я пошел на кухню и услышал, как входная дверь хлопнула. Просто из любопытства выглянул из окна и увидел, как Отабек выходит из подъезда. Не знаю, может, нам надо было, наоборот, радоваться, что Инна встречается с парнем, который в 20 лет летает бизнес-классом и носит часы за 5000 долларов, но нам это не понравилось. В Отабеке было что-то отталкивающее. И прибавьте к этому ещё то, что парень целый день смотрит порнографические материалы. Кто знает, на что это может повлиять?

Хотя занимался порнухой Отабек недолго. Если не ошибаюсь, уже летом 1999 года он закрыл проект. Я сначала думал, что его или прижучили правоохранительные органы, или наехали бандиты, но Отабек сказал нам, что его сайт купила и сразу же закрыла какая-то организация, связанная с церковью, дабы он не развращал людей. В любом случае тогда Отабек пропал из нашей жизни, и больше я никогда его не видел.

 

* * * * *

 

Про Таню.

Не хочу подробно об этом рассказывать, но мы с Таней полностью и окончательно расстались. Мы даже оформили развод в МВД, чего раньше не делали, поскольку в этом были некоторые бюрократические сложности. Она начала жить с другим мужчиной.

 

* * * * *

 

Про мою дочку Инну.

Инна сначала осталась жить со мной, но вскоре переехала к маме. Таким образом, я остался в квартире один. В 2000 году Инну призвали в израильскую армию, где она прослужила меньше месяца, а потом через психиатра её освободили от службы. Как-то ей вообще не понравилось.

 

* * * * *

 

Про 11.09.2001.

2001 год. Я прекрасно помню 11 сентября, поскольку в тот день у меня было собеседование на новую работу. Вернулся домой в районе четырёх и смотрел телик. Получилось, что я в прямом эфире видел, как рушатся башни-близнецы. Сам не знаю почему, я сразу схватил телефон и позвонил Досычевым на их старый номер. Впервые за три года. Мне ответил какой-то незнакомый голос, сказал, что Женя там не живёт, и дал другой номер. Я набрал этот другой номер и услышал Женино обычное «хеллоу», как он всегда отвечал по телефону. Фоном были слышны музыка, голоса и лай собак.

— Привет, это Саша — прохрипел я.

— Привет, — ответил Женя. — Саша? Давненько не звонил. Извини, тут очень плохо слышно. Я на даче.

— Ты знаешь, что произошло в Нью-Йорке?

— Нет. Что?

— Самолёты врезались в небоскрёбы, — сухо сказал я.

Я ожидал какой-то реакции, но Женя молчал.

— В «той» жизни этого не было? — спросил я.

— Нет вроде... не знаю, — сказал Женя неуверенно.

— Понятно. Нет, думаю, такое ты бы уж точно запомнил. Ладно, давай! — сказал я и повесил трубку.

 

Сидя на диване и продолжая смотреть прямой репортаж из Нью-Йорка, я подумал, что как бы хорошо Женя ни придумывал свою историю про вторую жизнь, он не учёл как раз такие ситуации. Когда спрашиваешь о прошедших событиях, ему легко сказать, что он знал о них заранее. Когда спрашиваешь про будущее, он просто отвечает, что не может про это говорить. Но когда спрашиваешь о крупном уже произошедшем событии, о котором Женя еще не слышал, то тут ему просто некуда деваться, и остаётся говорить «не помню» и «не знаю».

Тем более если бы он знал об этой трагедии и не сделал ничего, чтобы её предотвратить, это было бы настоящим преступлением! И было бы невероятно странно, что он пытался сделать всё, чтобы спасти одного парня, и не сделал ничего, чтобы спасти тысячи жизней.

 

* * * * *

 

Про работу.

В конце 2001 года я наконец-то нашёл хорошую работу, о которой мечтал лет десять. Я получил должность системного администратора в компании Intel. Поскольку я был уже не молод, мне невероятно повезло попасть на эту позицию. Возможно, то был мой последний шанс. Новая работа изменила всё. У меня появились нормальные деньги, машина, новые друзья, абонемент в спортзал и многое другое. Всё заиграло яркими красками. Я начал жить по-другому: завтракать в кафе, играть в боулинг и ходить на концерты.

 

* * * * *

 

Про двухтысячные.

Много чего произошло в двухтысячных.

Я начал заниматься пауэрлифтингом.

Почти каждый год летал отдыхать в Европу.

Ко мне два раза приезжала сестра на лето.

Дочка поступила в университет, где познакомилась с парнем и вышла замуж.

Даже у меня был небольшой роман, который, к сожалению, закончился.

Но ничего связанного с нашей историей не случилось.

 

* * * * *

 

Про Галю Белых.

И вот мы перенеслись аж в ноябрь 2013 года.

Как-то после обеда я прогуливался возле моря и увидел Таню, её мужика по имени Давид с их огромной и страшной собакой и ещё какую-то пару, по виду туристов. Они сидели на камнях возле грунтовки, по которой я шёл. Я хотел сделать вид, что не заметил их, но Таня меня увидела, и мне пришлось подойти поговорить.

 

Мы обменялись парой слов, и когда я уже собирался идти, Таня вдруг сказала:

— Это Галя, моя подружка из Москвы.

Я помахал Гале, которая сидела чуть поодаль, а Таня продолжила:

— Ты не помнишь Галю? Я думаю, вы виделись очень-очень давно. Ещё в Москве. Она нам львёнка подарила. Помнишь? Твой Женя, кстати, у неё английский учил.

— Ого! Минутку, как так вышло? В школе? — удивился я.

— Нет. На курсах. Он просил меня посоветовать преподавателя английского в Москве, и я ему посоветовала Галю.

— Здравствуйте! — сказала Галя и пересела поближе к нам.

Это была немного полная немолодая женщина. У неё были светлые волосы и очень мягкий приятный голос. Я её, хоть убей, не помнил по Москве, хотя хорошо помнил львёнка, который долго пылился у нас на полке.

— Ой, а можно вас порасспрашивать чуть-чуть о Жене? — спросил я.

— Ну, давайте, — согласилась Галя.

Я тоже сел на камни. Давид и его огромный пёс с недоверием косились на меня. Муж Гали говорил с кем-то по телефону. Я не знал, с чего начать, и просто спросил:

— Как он поживает вообще? Как у него дела?

— Ой, я не знаю, — засмеялась Галя, — это было очень давно! Лет десять назад или даже больше.

— Ааа, вот оно что, — расстроился я. — Но может, что-то вы всё же помните?

— Очень хороший мальчик, — медленно начала Галя. — Был, наверное, лучшим в группе. Он у меня брал несколько курсов. Помню, что на первом курсе очень старался, а потом как-то меньше. Но всё равно английский у него был неплохой.

— А вы не обращали внимания на какие-то необычные вещи, связанные с Женей?

— Мне Татьяна рассказала про него, так что я знаю, о чём вы спрашиваете. Но думаю, что нет. Ничего необычного. Хотя, честно говоря, я не помню, чтобы мы общались вне занятий. Так что не знаю.

Галя задумалась на пару секунд, а потом продолжила:

— Была у меня ученица одна, Сабина. Сейчас в Америке живет. Она с ним дружила. Может, она что-то знает.

— А у вас есть её контакты?

— Есть. Я для неё переводы делаю иногда. Хотите, дам вам её электронную почту?

— Давайте.

Галя достала из сумки клочок бумаги и плохо пишущей ручкой кое-как нацарапала на листке адрес.

 

* * * * *

 

Про Сабину.

В тот же вечер я написал письмо этой Сабине, но прошел почти месяц, пока она ответила. Вот наша переписка.

 

2013-11-30 20:46 GMT-05:00 Александр Левин <alexrlevv@hotmail.com>:

Сабина, здравствуйте!

 

Меня зовут Саша, и я давний друг Жени Досычева.

Мы дружили с ним и его отцом, когда они жили в Хайфе.

К сожалению, в последнее время мы не были на связи, поскольку немного поссорились.

 

Я знаю, что вы тоже были знакомы с Женей. Можно, я вам позвоню и задам несколько вопросов о нём?

 

С уважением,

Саша

 

2013-12-25 22:10 GMT+03:00 Sabb <_________@gmail.com>:

Хорошо. Дайте ваш номер телефона. Я позвоню.

 

Я, конечно, дал ей номер, и она действительно позвонила мне через несколько дней в час ночи. Даже спросонья мне хватило пары минут для того, чтобы понять: я откопал сокровище. Я нашёл человека, который хорошо знает Женю, знает про его помешательство, и что немаловажно, готов об этом поговорить. Было ощущение, что именно Сабина сможет наконец объяснить мне, что же, чёрт возьми, происходит с Женей. Связь по телефону была ужасной, и мы договорились побеседовать по скайпу через пару дней: в ночь с четверга на пятницу в 00:30.

 

В четверг вечером я, напившись кофе, сидел на работе и ждал полуночи. Я решил остаться в офисе из-за быстрого и надёжного Интернета. Планировал заодно поработать, но, как назло, делать было совершенно нечего, и меня дико рубило. Я немного беспокоился, что Сабина передумает со мной говорить, и жалел, что не начал спрашивать про самое важное ещё по телефону. Кое-как дотерпел до оговоренного времени и сел ждать звонка по Skype.

Наконец из колонок зазвенело, и после короткого подключения я увидел Сабину. Я её представлял немного другой. У Сабины были короткие чёрные волосы и бледноватая кожа, она носила очки в широкой оправе. Если бы я разбирался в молодёжных субкультурах, возможно, я смог бы её лучше идентифицировать. В моё время таких называли просто «неформалами». Я попросил разрешения записать нашу беседу, и она не только согласилась, а даже сказала, что включит рекордер у себя на ноутбуке и пришлёт мне потом файл, «чтобы качество звука было лучше». Я достал свой листок с вопросами, и мы начали разговор.

© Evgeny Dosychev 2018