17. Сабина

​10 января 2014 года

Интервью с Сабиной.

Вопросы задаёт Александр Левин (выделены жирным шрифтом).

— Мы начали.

 

— Начали? Хорошо. Рассказать, как мы познакомились? Познакомились в «ЛингваСкул». В Москве. На Садовом. Я поступила в Ohio State, и чтобы заранее подтянуть язык, ходила на уроки бизнес инглиш… и Женя был в нашей группе.

 

— А когда это было?

 

— Ой, точно не скажу…

 

— Ну хотя бы примерно.

 

— На самом деле можно посчитать… Если я улетела в марте 99-го, то получается, что мы познакомились где-то весной-летом 98-го. Вроде бы...

 

— Расскажи, как он себя вёл в классе. Он чем-то выделялся?

 

— Выделялся, конечно… В основном из-за возраста. Там учились люди под 40 и старше. Я в свои 27–28, наверное, была из самых молодых. И кроме того, он как-то «снобил» немного. Высокомерно себя вел. У него английский был чуть лучше, чем у остальных, так он позволял себе всякие замечания неприятные. 

На занятиях были перемены, на которых все стояли в курилке, и на них он начал к нам с Соней подходить, о чём-то спрашивать. Соня — это моя подруга, с которой мы вместе учились. Сначала я не особо охотно с ним говорила. Ну, зачем мне со школьником общаться? Но впоследствии оказалось, что он... нормальный.

 

— Понятно. Что было потом?

 

— Потом... ну... Мы с Соней и иногда ещё с одним парнем после курсов шли ужинать в забегаловке, сейчас забыла, как называется, на проспекте Мира. И Женя начал с нами ходить. Мы классно общались. Было очень весело. Вот. Ну и потом мы стали вроде как дружить.

 

— Ты замечала в нём что-то странное?

 

— Именно «странное» — наверное, нет. Но мы, конечно, немного удивились, когда узнали, что он работает инженером. Сколько ему было? 16? 17? Соня училась в магистратуре и при этом впахивала официанткой... ну короче, вдобавок оказалось, что он подает на L-1, и…

 

— Что?

 

— Виза L-1. Он хотел в США ехать по визе, которую дают, ну там, директорам фирм, как я понимаю. Я была уверена, что он обманывает, просто чтобы казаться важным. Но нет. Оказалось, что всё правда. 

 

— Ну хорошо... а как ты узнала про его... секрет?

 

— Как-то мы шли возле Москвы-реки. Даже не шли. Вру. Мы сидели в парке Горького: я, Соня и Женя. Все были как-то загружены. Настроение никакущее.

И вдруг Женя спросил: вы, типа, считаете, что я вменяемый человек?

Ну мы такие: да, вроде да.

Тогда он сказал: я хочу рассказать вам что-то необычное. Вы можете верить, можете нет.

И рассказал про то, как жил в другом цикле времени, до 32 лет…

Я почему-то поверила. Я, наверное, наивная очень. Соня начала гнать на него, что он несёт чушь, и так далее. Женя предложил нам спросить его о том, что человек может знать только в 32 года. Мы начали придумывать вопросы. Соня принялась спрашивать всякие… интимные вещи… (смеётся) Про секс и всякое такое. Это было очень смешно. Мы там дико ржали вообще.

«Другой цикл»? Интересно. Когда мы говорили с Женей, он не использовал это словосочетание. Он что, решил изменить свою «легенду»?

— Он вас убедил?

 

— Ну не знаю... там в какой-то момент пошёл просто стёб. Не знаю. Но я уже сказала, что с самого начала была расположена верить. Я в то время во всё верила. И в Бога, и в Джа, и в Жириновского. Ну вот так и продолжали дружить. Осенью летали в Израиль...

 

— Секунду! Извини! Ты с Женей летала в Израиль?!

 

— Да. На неделю. Его отец тоже был.

 

— Ого! Так значит, я слышал о тебе. У меня это даже записано! Женя говорил о тебе! Ну,.. и как... как было?

 

— Я бы сказала, что это была не очень удачная поездка. Женя полетел больной. Они еще решили сэкономить на гостинице, и мы жили у каких-то людей. У них вообще было неудобно. А! Там же ещё был, как его... ну... дефолт. У них в фирме начался серьёзный ахтунг. Половина ребят ушла. Поэтому поездка получилась очень нервная.

Сабина упомянула дефолт, и я вдруг подумал, что сейчас, в 2014-м, он немного забыт. Может, действительно не так странно, что Женя не помнил про него из прошлой жизни?

— А что Женя про меня говорил?

 

— Ничего особенного. Просто упомянул, что приехал с подругой. Я как раз хотел спросить, если можно: какие у вас были отношения?

Сабина немного запнулась. Потом засмеялась. Пару раз она уже открывала рот, чтобы что-то сказать, но каждый раз осекалась.

— Ну хорошо… Давай вернемся к «другому циклу». Он тебе как-то наглядно доказал, что жил в «другом цикле»?

 

— Он специально не доказывал, но вроде так и есть. Слишком уж много совпадений. 

 

— Совпадений? То есть он рассказывал что-то о будущем, и это так и случилось?

 

— Ну да… Вы хотите пример? Например, когда мы общались, Женя был помешан на идее social network и постоянно говорил об этом...

 

— Секунду... извини. О чём говорил?

 

— Social networks. Социальные сети. Как «ВКонтакте». Он говорил, что они будут править миром. Женя просто бредил этой идеей. Рисовал наброски интерфейса. Говорил, что «нельзя опоздать». Насколько я понимаю, они с ребятами в их фирме хотели создать «ВКонтакте». И это были ещё 90-е. То есть задолго до того, как Дуров... ну или кто там это делал. Тогда, в конце 90-х, Интернет был вообще редкостью. 

 

— А он упомянул само название «ВКонтакте»?

 

— Да.

 

— ДА?! ТОЧНО?!

 

— Да. Точно. И рисовал, как должно всё выглядеть. И насколько я помню, это так и выглядит сейчас. 

Вот это «якорь»! Как у авианосца! Но опять же, как это проверить?

— Минутку, так может, «ВКонтакте» запустили Женя и его друзья?

 

— Нет... Нет... Я так понимаю, что у Жени с ребятами ничего не получилось. Во всяком случае, где-то через год после того, как я начала учиться в Ohio State, Женя летал в Санфран, что-то кому-то показывать. Потом он прилетел ко мне в гости в Коломбус и сказал, что всё плохо и он больше не будет заниматься софтом...

 

— А он не говорил, чем он будет заниматься?

 

— Ооо! (смеётся) Чем он только не хотел заниматься! Это просто комедия! Ещё в Москве его буквально распирало от всяких идей. Например, Женя придумывал форматы для телевизионных передач. То, что сейчас называется «реалити-шоу». Я тогда не очень вникла в суть. Мне казалось, что это как-то скучно. Но потом, когда вышли «Дом-2», ну и всякие там «Остаться в живых», я поняла, о чём речь. А ещё в Москве он мне говорил об игре, не помню, как она по-русски, но в английском варианте «Who Wants to Be a Millionaire?». Вот прямо досконально всё рассказал, и это мне как раз показалось очень удачным… И я помню, он нашёл какого-то мужика из НТВ и через него пытался продвинуть эту идею на НТВ… а потом осенью вдруг ему сказали, что точно такая передача только что вышла на одном из английских каналов. Пришлось всё свернуть.

 

— Интересно. А ещё что-то помнишь? Ну, ещё примеры того, что Женя знал заранее?

 

— Про Путина он мне рассказывал. Ещё до того, как фамилия Путин вообще была на слуху. Про Олимпиаду в Сочи, по-моему, от него услышала... да много чего...

А, вот ещё что: он говорил, что знает несколько классных песен, которые вышли в прошлом цикле, и он хочет их... ну... записать и стать известным. Он что-то там пытался сделать, искал музыкантов, носился по Москве по студиям, они писали что-то. Женя сам ходил на уроки вокала, но жаловался на свой плохой слух...

Сабина продолжала говорить, а я внезапно прозрел! Я вcпомнил Женин дневник, в котором было много стихов и песен. До меня дошло, что это песни «из будущего»! Ёлки-палки! Почему я об этом не подумал!? Может, меня сбили песни, которые я уже знал на тот момент, когда читал дневник. 

— И как его успехи в музыке?

 

— Не знаю… Он мне присылал, помню, диск. Что-то там выпустили…

 

— А сколько ещё ты продолжала общаться с Женей?

 

— Ну... иногда переписываемся до сих пор. Но немного. Мой муж Эндрю очень ревнивый. 

Я хотел о многом спросить, да вроде и Сабина была не против ещё поболтать, но у меня в голове как-то всё затуманилось. Я думал только об одном.

Попрощавшись с Сабиной и пообещав ей ещё созвониться, я помчался по ночной Хайфе домой.

 

Несмотря на поздний час, сна не было, как говорится, ни в одном глазу. Поднявшись к себе в квартиру, я судорожно начал искать дискеты с Жениными файлами. Точнее, даже не дискеты, а компакт-диск, куда я когда-то перекинул файлы. Диск не нашёл, но откопал старый блокнот, в котором записывал свои заметки. Полистав его, я наткнулся на то, что искал. 

На пожелтевшей странице я увидел короткую запись:

 

Киркоров

Почему так жесток снег, оставляет твои следы...

 

Я смутно помнил, что в каком-то из Жениных файлов были эти стихи, и я выписал одну строчку… Зачем? Не помню. Может, просто понравилась.

Я подбежал к компьютеру и загуглил название песни…

2011 год.

Песня вышла в 2011 году.

Файл был создан не позднее 94-го.

Я рухнул в кресло.

Только я попытался осмыслить, что это значит, как новая догадка заставила меня подскочить, как ошпаренного.

Я опять подбежал к компу и начал гуглить, когда песня была написана. Всё оказалось не так просто. Её написала украинская певица Ирина Билык, и, видимо, значительно раньше, но когда именно — я не нашёл. Но тем не менее, в Женином файле упоминался именно Киркоров. То есть... 

У меня в руках было явное и неопровержимое доказательство того, что Женя что-то знал о будущем. Немного смущал тот факт, что это доказательство так тяжело было отыскать, и оно, честно говоря, не такое яркое, как хотелось бы, но всё же.

 

Я не спал всю ночь, размышляя о том, что сегодня обнаружил.

Когда уже светало, я взял свой iPhone и отправил Жене СМС.

Заснуть удалось только в 8 утра. Благо была пятница, а в пятницу у нас в Intel выходной.